Как объявление оказалось у оленя? Эта чудная ситуация имела объяснение. Даже два. Во-первых, Таллайн (а это, несомненно, был он) не пускал на самотек течение жизни в подвластных ему лесах окрест Озерного края, пускай от его божественных сил остались крупицы. Во-вторых, иногда он выбирался в поселения, раз в сколько-то лет, чтобы не забыть совсем, как ходить на двух ногах и говорить на языке разумных. В-третьих, ему ужасно не понравился человек, который с этим самым объявлением шел по его тропинкам, ломал ветки, топтал грибы и пнул найденного зайчонка. Должно быть, этот недо-разумный испытал некоторой степени шок, когда с ним в драку ринулся олень. Результат этой встречи оставим за кадром, но так Таллайн получил бумажку, с которой наведался в поселение, разузнал побольше о той, что дала объявление, а затем, вновь став оленем, решил испытать и нервы ведьмы-затворницы.

Таллайн покорно вытер копыта, потоптавшись на придверном коврике и поелозив ими по ткани для пущей чистоты. Становилось очевидно, что этот конкретный олень вполне себе понимает устную речь - если в этом кто-то сомневался. Затем он проследовал за ведьмой, рассмотрел большими влажными глазами, полными какого-то чисто оленьего чувства, склянку в ее руках и доверчиво фыркнул. Возможно, это был смешок, выражающий, насколько полно он разделяет ее шутку о двуногости.
Тут надо отметить, что Таллайн, при всей его древности и опасности, был во многом существом наивным. Так что он наивно полагал, что находится в относительной безопасности: ведьмы-отшельницы всегда казались ему близкими к природе, а, значит, уважающими жизнь и ее законы. Правда в этих рассуждениях он часто упускал из виду, что болезни, страдания и смерть - тоже часть жизни.
Он неловко перемялся с копытца на копытце, пока ведьма очевидно размышляла, как бы оленя напоить своим варевом. В ход пошла деревянная миска, в которую женщина перелила опытный образец зелья и поставила перед оленем. Таллайн наклонился, принюхался и... опустил нос в теплую жидкость, пустив пузыри при глотке.